А когда с помощью германских монополий к власти пришел Гитлер, открыто провозгласивший курс на войну, западные державы занялись умиротворением агрессора.

Они бросали под ноги Гитлеру новые и новые жертвы, лелея надежду, что он двинет свои полчища на Восток, против страны социализма.

Сговор в Мюнхене, выдавший фашистской Германии Чехословакию, был наиболее позорным проявлением этого коварного замысла империалистов». Отдав на растерзание гитлеровцам Чехословакию, мюнхенцы открыли дорогу и для захвата территорий других своих союзников, находящихся на востоке Европы, в первую очередь Польши и Румынии.

Мюнхенский сговор был прямо направлен против всеобщего мира и мира в Европе. Гитлеру дали при этом понять, что вполне возможно благоприятное для него рассмотрение вопроса и о восстановлении Германии как колониальной державы. Признание «законности» немецко-фашистской гегемонии в Европе было настолько откровенно выражено Н. Чемберленом в Мюнхене, что это вызвало протесты со стороны других, более дальновидных представителей британского империализма.

Даже опытные политические лидеры английской буржуазии У. Черчилль и Л. Идеи, стоявшие на страже интересов Британской империи, хорошо понимали, насколько опасно доверять гитлеровцам.

Отправным пунктом доктринальных установок

Было ли участие Италии во второй мировой войне плодом сумасбродной политики Муссолини, как это часто утверждает итальянская буржуазная историография, или явилось результатом более широкого круга причин, корни которых следует искать в органической связи итальянского фашизма с империалистическими устремлениями наиболее шовинистических кругов итальянского правящего класса? Ответ на этот вопрос кроется во внешнеполитической доктрине итальянского фашизма и практике ее реализации в период между двумя мировыми войнами. Весьма характерно, что в отличие от планов корпоративного переустройства государства, которые вырабатывались и осуществлялись на протяжении многих лет, взгляды фашистов по вопросам внешней политики получили достаточно законченную разработку еще до 1922 г., т. е. до прихода фашистов к власти.

Отправным пунктом доктринальных установок служила первая мировая война, которая изменила облик Европы и потребовала переоценки устоявшихся ценностей.