Среди них следует назвать прежде всего Покровский и, возможно, Ивановский монастыри, церкви святого Владимира, Флора и Лавра, Симеона Дивногорца. Примечательно, что последняя из них, основанная в память о чудесном избавлении Кремля от пожара, была поставлена не в самом Кремле, а в загородной усадьбе Ивана 111 59. На Кулишках существовали и другие, не менее редкие для Москвы престолы: святого равноапостольного князя Владимира, святителя Андрея Критского, Поклонения веригам апостола Петра. Именно здесь стояли два храма, посвященные святым врачам-бессребреникам Косме и Дамиану (на Востром конец и на Покровке), которые могли быть построены по обету, после избавления от эпидемий. Правомочным кажется и предположение о сооружении церкви Поклонения веригам апостола Петра в память о венчании на царство Иоанна IV 6°. Нельзя исключать, что все эти посвящения отражали традицию строительства обетных храмов на загородной великокняжской территории.

Характерно также, что первые кирпичные храмы на Кулишках – церковь святого Владимира в Садах (1514-1516) и церковь Усекновения главы Иоанна Предтечи под Бором (1510-е годы?) – были выстроены на территории великокняжеской загородной усадьбы и оставались под патронатом великого князя 6. Письменных свидетельств о строительстве здесь других кирпичных храмов в XVI веке не сохранилось.

Сын Дмитрий Алексеевич Расторгуев

Он поочередно состоял экспертом Московской таможни, выборным от московского купечества и московского Биржевого общества, гильдейским старостой в Купеческой управе, возглавлял Московский попечительский комитет о тюрьмах, являлся старостой Богородицкой церкви при бывшем Пересыльном замке, а также почетным членом Александровской общины сестер милосердия в Москве. Потомственным почетным гражданином был и его сын Дмитрий Алексеевич Расторгуев, который возглавил фирму отца и деда и продолжал торговать чаем и кондитерскими изделиями на улице Варварке и на Солянке, в семейном доме, при котором была устроена кондитерская фабрика. Он также занимал общественные должности, был выборным московского купечества, почетным членом Александровской общины сестер милосердия и директором Попечительства о тюрьмах. С 1891 года в храме служил священник Григорий Иванович Добронравов, но в 1895 году он неожиданно скончался, едва дожив до 30 лет. Душевный облик пастыря был настолько запоминающимся, что его смерть вызвала отклик в епархиальной газете. В статье о нем было отмечено, что «это был человек, который не желал жить и не жил только для себя. У него находили приют все родные, мать, брат, сестра.

В постоянных трудах, в заботах протекала вся его кратковременная жизнь.