При этом отношения их с жильцами не всегда складывались благополучно и время от времени требовали вмешательства епархиального правления. Так, в августе 1742 года в консисторию поступила жалоба от подканцеляриста «ведомства государственной камер-коллегии Московской большой таможни» А. Т. Горинского, который квартировал у дьячка Василия Иванова. Из жалобы следовало, что дьячок «неведомо с какого умыслу», придя в свой дом, стал его бранить скверными словами, чем нанес чиновнику «бесчестье». К счастью, дело окончилось примирением, о чем стороны и донесли: « а ныне мы поговори меж себя полюбовно по тому делу помирились» 28.

Разделение храма наружный и приходский сохранялось до 1770 года. Верхняя Казанская церковь от Куракиных перешла по наследству к князьям Черкасским. Это произошло благодаря замужеству Анны Федоровны Куракиной, которая стала женой князя Андрея Михайловича Черкасского. В XVIII столетии это семейство заняло место Куракиных в приходе церкви Космы и Дамиана. О наследственном переходе Казанского храма на ружное содержание князей Черкасских свидетельствует обнаруженный Никольским любопытный документ 1748 года, упоминающий «церковь каменную во имя Казанския Богородицы, которая построена на Покровской большой улице над приходскою церковию Козмы и Дамиана и содержана по наследству от вдовы боярыни, Княгини Авдотьи Андреевны Куракиной, отца нашего бабки.»29. Таким образом, обязанности по содержанию храма перешли к внуку княгини Куракиной, князю Александру Андреевичу Черкасскому.

Манифест об учреждении в Москве

Наряду с подкидышами здесь должны были воспитываться и законные дети из беднейших семей, матери которых могли оставаться в доме в качестве кормилиц и нянек. Принести ребенка в Воспитательный дом мог любой человек – при этом он должен был ответить только на один вопрос: крещен этот ребенок или нет. Некрещеных младенцев крестили, давали им имена и фамилии. Выросшие питомцы Воспитательного дома должны были стать свободными гражданами, и поэтому дети крепостных сюда не принимались, хотя нередко попадали в дом обманным путем.

В основу воспитательной системы Бецкого были положены идеи западных философов- просветителей: Локка, Руссо, Каменского и Фенелона. Прежде всего детей необходимо было изолировать от окружающей среды. Младенцам до двух лет полагались уход и вскармливание, для чего нужен был большой штат кормилиц и нянек. До семи лет дети воспитывались посредством развивающих игр, овладевали элементарными трудовыми навыками и обучались «первым начаткам веры для вкоренения в них заблаговременного страха Божия». После семи лет девочки и мальчики разделялись, проходили курс начального образования и начинали обучаться ремеслам. В этот период выявлялись их музыкальные, художественные и артистические способности, и становилось ясно, из кого готовить прислугу, а кого отправлять в университет. Более углубленное обучение в классах или в мастерских продолжалось до 18            лет.