Есть основания полагать, что в 1920-х и 1930-х годах происходили тайные постриги бывших насельниц закрытой обители. Так, сохранился портрет работы Павла Дмитриевича Корина, на котором изображена «схимонахиня Серафима из московского Ивановского монастыря» с крестом и горящей свечой в руках, хотя из архивных документов известно, что в возобновленном в 1879 году Ивановском монастыре схимниц не было. Перед началом работы в мастерской П. Д. Корина схимонахиня Серафима сказала художнику: «Ты уж, сынок, делай, что тебе надобно, а я буду молиться». Павел Дмитриевич вручил матушке большой медный крест с распятием и горящую свечу. Когда по окончании сеанса жена художника Прасковья Тихоновна Корина взяла из рук схимницы крест, то не смогла удержать его и, вскрикнув, выронила: пламя свечи так раскалило крест, что до него невозможно было дотронуться.

В 1932-1933 годах схиархимандрит Иларион по приглашению благочинного, протоиерея Константина Сперанского, перешел служить в село Виноградово «на Долгом пруде», что располагалось в нескольких километрах от Ивановского хутора. Это старинное село было знаменито и в историческом, и в архитектурном отношении. До настоящего времени сохранились здесь господские дома, ворота кордегардии, погреба, мост, система проточных прудов конца XVIII века и храм Владимирской иконы Божией Матери 1772-1777 годов, который в ансамбле со звонницей и домом причта считается одним из красивейших в Подмосковье.

Девицы Елизаветы Лавровой

В 1818 году обитаемыми были только 9 из них – отставного гвардии поручика Сергея Михайловича Волынского, вдовствующей бригадирши Дарьи Николаевны Лопухиной, диакона Ивановского прихода Самсона Иванова, доктора Карла Шноуберта, лекаря Якова Роста, девицы Елизаветы Лавровой, купца Дениса Кондратова и армянина Иоанна Лазарева. Всего здесь проживало 210 человек. В основном это были уже другие люди, по своему социальному положению сильно уступавшие своим предшественникам. И тем не менее в августе 1819 года они направили духовному начальству прошение об определении к Князь-Владимирской церкви священника с причетчиками, так как к этому времени она уже была восстановлена снаружи и внутри. С отдельным посланием к владыке обратилась Дарья Николаевна Лопухина. Ссылаясь на прошение Михаила Волынского, она подчеркнула значение храма равноапостольного князя Владимира для Москвы, местных прихожан и особенно для 30 учеников, воспитывавшихся при ее доме и посещавших богослужения в тесном храме св. Иоанна Предтечи. Дарья Лопухина обязалась перечислять на содержание причта по 500 рублей ежегодно и присоединялась к просьбе прихожан об освящении церкви и назначении на священническое место диакона церкви Св. Троицы в Серебряниках Ивана Петрова, «коего познания и честная жизнь нам известна».