Разрабатывая обширные политико-экономические концепции, германские монополисты уже в начале 20х годов готовы были поступиться временными выгодами и даже пойти на известные, порой немалые потери во имя будущего долгосрочного выигрыша, связанного с установлением экономической гегемонии Германии на континенте.

Все это приводило к тому, что границы между политическими и экономическими интересами становились весьма подвижными, а зачастую и вообще стирались: «Влияние промышленников Рура на немецкую политику становилось решающим фактором».

Большую роль в поддержании духа реванша, культивировании милитаристских и экспансионистских настроений в стране играли реакционные идеологи.

На страницах газет и журналов, в университетских аудиториях и на научных форумах «генераторы идей и настроений» развивали многочисленные концепции внешней политики Германии, подогревая общественное мнение, готовя будущих авторов «памятных записок» и «оперативных планов», практиков экспансионистской политики. Пропаганда реваншистской войны была связана с обилием мемуаров и военно-исторических трудов о мировой войне, буквально заполонивших книжный рынок

Внешнеполитическая программа

Разгром Советского Союза, порабощение и физическое уничтожение значительной части его населения, экономическая эксплуатация территории СССР — все это рассматривалось лидерами и идеологами национал-социализма как решающая предпосылка установления полного господства над европейским континентом и одновременно как исходная база для последующей борьбы за переход от преобладания в мире (Weltvorherrschaft) к господству над миром (Weltherrschaft). Как ни чудовищно выглядит внешнеполитическая программа германского фашизма, далеко выходящая за пределы замыслов традиционных элитарных группировок буржуазного общества того времени, она возникла в рамках именно этого общества, под влиянием политической практики и идей, являвшихся предметом активного обсуждения на протяжении многих десятилетий; особенно, принимая во внимание ту большую роль, которую играл милитаризм и его дух в истории Германии предшествовавших десятилетий.

Нацисты лишь «упорядочили» в расистском, человеконенавистническом духе то, что буквально «висело» в воздухе.

Сведенная в идеологизированную «систему» завоевательная программа неизбежно приобрела глобальный характер.