Особое место во внешнеполитической доктрине германского фашизма занимал культ насилия, неотъемлемой частью которого являлись обожествление «вечной» борьбы и войны, как «наиболее естественного состояния» «здоровых народов», абсолютизация террористических методов господства и политики войны. Нацистская концепция перманентной «борьбы за жизнь» вела к созданию культа войны.

При этом само понятие «войны» становилось почти столь же широким, как и понятие «борьбы».

При таком подходе война неизбежно превращалась в «само собой разумеющееся средство реализации политических целей. Последние могли меняться, но средство как аксиома сохранялось». Неудивительно, что в этих условиях внешняя политика объявлялась следствием «борьбы народа за жизнь».

В отличие от традиционных апологетов войны, рассматривавших состояние мира как промежуточное между двумя войнами, нацистская «философия» войны шла значительно дальше.

Она рассматривала в качестве постоянной задачи полное подчинение внутренней и внешней политики неограниченным целям подготовки и ведения войны.

В ответ на утверждение

30 сентября К. Готвальд попытался повлиять на принятые решения.

Он посетил президента Бенеша и в ходе беседы выразил несогласие с подчинением мюнхенскому диктату. В ответ на утверждение о том, что сопротивление бесполезно, Готвальд заявил: «Господин президент, я не согласен с Вами! Босые и безоружные абиссинцы защищались, а мы покоряемся.

Посмотрите только, как защищается испанский народ. У нас прекрасная армия, народ един. Ведь и остальной мир не мог бы оставить нас в одиночестве.

Еще сейчас следовало бы показать нашу силу. Еще не поздно, мюнхенские требования не следовало бы принимать». Усилия чехословацких коммунистов предупредить мюнхенскую трагедию, ставшую началом ликвидации всей буржуазнодемократической Чехословакии, не увенчались успехом.

Так называемая вторая республика не просуществовала даже полугода и была ликвидирована гитлеровской Германией в марте 1939 г. Мюнхенский договор расчистил путь фашистской Германии к дальнейшей агрессии в восточном направлении, явился предвестником второй мировой войны.