Вполне понятно, что Рапалльский договор, вызвавший в свое время немалый переполох в стане мировой реакции, не мог ни изменить природы империалистической Германии, ни превратить ее в союзника Советской России. Речь шла о воплощении в жизнь ленинского принципа мирного сосуществования государств с различными социальными системами, о конкретном успехе советской дипломатии в использовании бреши в системе межимпериалистических взаимоотношений, чтобы тем самым ослабить и отодвинуть опасность военного столкновения социалистического государства с враждебным капиталистическим окружением. Уже в конце 1923 г. английская и американская дипломатия, напуганная подъемом революционного движения в Германии, начала активно поддерживать германские правящие круги, настаивая, чтобы Франция не требовала от Германии полного удовлетворения репарационных поставок, предусмотренных Версальским договором.

Был создан специальный комитет экспертов под председательством американского банкира Дауэса, который подготовил доклад о необходимости стабилизации германской экономики путем предоставления Германии крупного займа в размере 800 млн. марок золотом.

Реформистские лидеры

Массы чехословацкого народа поддерживали точку зрения коммунистов и не верили декларациям фашистских главарей, что «акция в Австрии является семейным делом немцев и у Чехословакии нет оснований для беспокойства».

15 марта 1938 г., вскоре после аншлюса Австрии, Центральный Комитет КПЧ издал призыв ко всем рабочим и остальным гражданам республики подняться на борьбу против фашистских агрессоров.

В призыве, в частности, говорилось: «В грозную ночь с 11 на 12 марта народы Чехословакии узнали, на что способен фашизм.

Они поняли, что каждая уступка ведет к катастрофе.

Сейчас, как никогда, ясно, что Чехословакия может отстоять независимость и свободу только проявив твердость и мужество». Однако реформистские лидеры и буржуазные политики, состоявшие при тогдашнем президенте Чехословакии Э. Бенеше, не восприняли опыт Австрии как предостережение об опасности.

Поэтому коммунисты были вынуждены бороться не только за создание широкого народного антифашистского фронта для защиты страны от возраставшего натиска со стороны внутреннего и зарубежного фашизма, но и против капитулянтской линии чехословацких правительственных кругов и социалистических лидеров.