Сохранившиеся до настоящего времени ситуационные планы из фондов Московской полицмейстерской канцелярии и Казенного приказа, к сожалению, не позволяют представить, как оба храма выглядели в XVII столетии. На единственном плане, фиксирующем церковь

Кира и Иоанна до ее перестройки, мы находим лишь условное изображение храма с двумя апсидами. Для того чтобы попытаться представить себе структуру этого храма, необходимо снова вернуться к истории его престолов.

В приходных книгах Патриаршего приказа за 1652 год среди отметок о взимании пошлины за приложение печатей к грамотам Патриарха содержится интересная запись: «Июля в 30 день запечатана благословенная грамота, по челобитью церкви Кира и Иванна что на Кулишках попа Ивана с прихожаны на один престол во имя Живоначальныя Троицы пошлина гривна».

В Строельной книге 1657 года этот престол не упоминается – в отличие от ружных, эта книга не всегда содержит сведения о приделах.

Так или иначе, выдача «благословенной грамоты» могла быть связана со строительством или перестройкой той каменной церкви Кира и Иоанна, которая упомянута в Строельной книге 1657          года и уже в 1652 году имела придел во имя Святой Троицы. Существует и более позднее известие о выдаче антиминса на освящение церкви Кира и Иоанна 30 января 1693 года, что также могло быть связано с перестройкой более раннего каменного храма. Не исключено, что устроенный по инициативе прихожан придел Святой Троицы был теплым.

Приискания нового места служения

Однако по справке консистории оказалось, что, будучи священником Ростовской епархии, 60-летний Алексий Петров не был отпущен в Москву для приискания нового места служения, а находился в столице по семейным делам. Навестив в Москве диакона Петропавловской церкви Никиту Иванова, своего дальнего родственника, отец Алексий узнал от него о вакантном месте «викарного попа» в Казанском приделе и был представлен настоятелю отцу Максиму. Прошение отца Максима удовлетворено не было – после гневной резолюции митрополита Алексия Петрова вызвали в консисторию, допросили и, как самовольно оставившего священническое место в Ростове, отправили на следствие в Ростовскую консисторию 32.

В 1762 году в составе причта Петропавловского храма числились священник Максим Ильин, диакон Никита Иванов, дьячок Стефан Петров и пономарь Тимофей Никитин.

При церкви находились 12 приходских дворов с населением 163 человека 33. Диакон Никита Иванов вскоре после рукоположения нашел себе священническое место в храме преподобного Сергия Радонежского, что на Дмитровке, а на его должность в июле 1763 года в Петропавловскую церковь по прошению прихожан поступил

дьячок церкви Святой Троицы в Вишняках Павел Никифорович Подобедов.