1 октября 1688 года во время пожара, охватившего Китай-город, Белый город в районе Кулишек, Заяузье и дальние слободы, сгорел и Ивановский монастырь 1[о. Может быть, именно после этого пожара и были выстроены на средства В. С. Нарбекова новые Святые ворота с церковью Происхождения Честных Древ Жи

вотворящего Креста Господня, а также каменная монастырская ограда, заменившая деревянную, известную по Писцовой книге 1678/79 года. Опись 1701 года говорит о ней так: «Ограда около того монастыря каменная трои ворота створчатые затворы железные. Количество келий и их внешний облик известны только по этой описи, составленной уже после пожара, когда они, возможно, были сильно перестроены. Здесь перечислено 68 деревянных сестринских келий, среди которых 17 были на жилых подклетях, 9 – на глухих и 42 – без подлетов («поземных»). В описи упомянуты и двухэтажные игуменские покои («нижние каменные келии верхние деревянные крыты в два теса скалою»), а также три монастырских колодца. Кто же обитал в этих калиях? В 1701 году в монастыре, кроме игуменьи Марфы Григо- ровой и казначеи Дорофеи Телешевой, было 99 штатных монахинь, названных в описи «удельными», т.е. получающими государеву ругу. На этих стариц из приказа Большой казны выдавалась до 1700 года денежная и хлебная руга и столовые запасы. В 1700 году по указу Петра 1 вместо руги монастырю была дана вотчина «в Переславле Резанском в Старорезанском стану в полуселе Путятине», перешедшая в казну после смерти последнего владельца -княгини Евдокии Васильевны Пожарской, вдовы Семена Романовича Пожарского.

Каменный дом

Здесь был выстроен каменный дом, и поныне сохранивший первоначальную планировку второго этажа, особенности которой определяются расположением разномасштабных круглых и полукруглых помещений вокруг овального парадного зала. Характер композиции, а также противопоставление лаконичному фасаду пышных и сложных интерьеров дало основание многим исследователям приписывать этот дом В. И. Баженову.

Хлебникову, как полагают, мог принадлежать и замысел перестройки приходской церкви. О ее ремонтах до конца ХУШ века сведений почти нет – известно лишь, что она обгорела снаружи во время пожара 1737 года45. Тем не менее храм Космы и Дамиана, простояв чуть более ста лет, пришел к началу 1790-х годов в такую ветхость, что его решили разобрать. Может быть, не последнюю роль в этом сыграло то обстоятельство, что семья Черкасских перестала к тому времени содержать на своей руге верхнюю церковь, да и старая структура храма больше не соответствовала жизни прихода. В 1790 году настоятель церкви священник Николай Тимофеев с прихожанами подал прошение митрополиту Московскому и Калужскому Платону о том, что «Космодамианский храм, имеющий два отделения, верхнее – Казанския Пресвятыя Богородицы, нижнее – Чудотворца Николая с приделом Св. Космы и Дамиана, пришел в ветхость, который сломавши мы имеем усердное желание соорудить новый во имя Спаса-исцелителя расслабленного с двумя приделами Святителя Николая и Чудотворцев Космы и Дамиана».