В приходе также находились дворы князя Петра Алексеевича Гагарина, князя Алексея Сергеевича Голицына и одного из представителей старинного рода Глебовых, живших в районе Кулишек еще в царствование Михаила Феодоровича и имевших фамильный некрополь на кладбище Ивановского монастыря. Вместе со служителями обитавших здесь дворян, духовенством и их жильцами в приходе в 1741 годучислилось всего 111 душ мужеского пола и 102 – женского. Численность прихода почти вдвое сократилась в 1771 году, что скорее всего было связано с эпидемией чумы: исповедная книга за этот год указывает лишь 60 душ мужского пола и 47 – женского. За 30 лет изменился и его состав: князья Черкасские и Гагарины по-прежнему проживали в своих владениях, но на смену остальным знатным обитателям прихода пришли представители других княжеских и дворянских фамилий: тайный советник сенатор Яков Лукич Хитрово, князь Петр Григорьевич Вяземский, Петр ИвановичЛопухин и Лев Васильевич Ладыженский. Владение князя К. С. Кантакузина было куплено князем Александром Алексеевичем Долгоруким. К этому времени в приходе появился и первый купеческий двор, принадлежавший купцу первой гильдии Ивану Ивановичу Пастухову. Сам он происходил из Тулы, а его супруга, Татьяна Михайловна, была дочерью одного из самых богатых московских купцов, Михаила Петровича Гусятникова, и, вероятно, принесла своему мужу значительное приданое 4°. Несколько позже здесь обосновался еще один представитель купеческого сословия, Василий Антонов.

Императорский указ

По Императорскому указу от 10 декабря 1768 года Салтычиху после казни должны были, «заключа в железы, отвести оттуда в один из женских монастырей, находящихся в Белом или Земляном городе, и там подле которой ни есть церкви посадить в нарочно сделанную подземельную тюрьму. чтоб она ни откуда в ней свету не имела; пищу ей. подавать туда со свечою, которую опять у ней гасить, как скоро она наестся; а из этого заключения выводить ея во время каждаго церковнаго служения в такое место, откуда бы она могла оное слышать, не входя в церковь»  Этим монастырем оказался Ивановский монастырь на Кулишках, выбранный скорее всего потому, что под его храмом существовал подвал. Вход в этот подвал находился, по-видимому, справа от южного входа в церковь.

Игумения Назарета умерла во время чумы, 13 октября 1771 года, а 1 февраля 1772 года протоиерей Ивановского монастыря представил на ее место две кандидатуры – монахиню Никитского монастыря Олимпиаду и монахиню Ивановского монастыря Елизавету Дмитриеву. Известно, что Елизавету допрашивали в консистории, где она указала, что во время следствия 1740-х годов «она Елисавета под следствием и в содержании не была, а точию во оправдание ее Елисаветы что она ни в каких с теми монахинями согласиях ненаходилась в том же монастыре допрашивала, и более де до нее ничего по тому делу не было» 84. Однако консистория не смогла найти

никаких документов ни о ее пострижении, ни о допросах в следственной комиссии, и поэтому Елизавета избрана не была, а на место игуме- нии определили казначею и постриженицу Вознесенского монастыря Измарагду Алексееву, происходившую из купеческого сословия.