С 20 на 21 мая 1931 года по фальсифициро- ванномудоносу все монахини и послушницы бывшего Ивановского монастыря были арестованы. На месте ареста были произведены обыски в присутствии понятых – председателя сельсовета Никишина и некоторых из местных жителей. Как правило, при обысках ничего особенного не находили, что и фиксировалось в протоколе. Правда, у монахини Мариониллы (Селяковой) была конфискована ее переписка. Еще по нескольку писем, различных документов и справок изъяли у других сестер. Кроме того, к делу был приобщен как вещдок написанный от руки 90-Й псалом «Живый в помощи Вышняго». Лишь у послушницы Татьяны Луп- новой (впоследствии монахини Евфросинии) были обнаружены, по мнению сотрудников ОГПУ, «компрометирующие документы»: две карты местности, рукописная книга, рукописная тетрадь и записка некоей Ильиной, «предположительно шифрованная» (как записывал в протоколе обезумевший от шпиономании следователь). В качестве понятых при обыске у послушницы присутствовали сельский житель Кудич и «Удодов, священник».

Переписка, хранящаяся в следственноуголовном деле, открывает нам совершенно неизвестную сторону отношения простых крестьян к своим родственницам-монахиням. Трогательной, глубокой почтительностью полны письма родителей к дочерям, посвятившим свою жизнь Богу.

Питомцы Воспитательного дома

Тем временем питомцев Воспитательного дома все чаще отправляли в деревни, и все меньшее их число возвращалось обратно – они оставались в специально созданных сельскохозяйственных колониях, пополняя число вольных хлебопашцев. Количество содержавшихся в доме детей сократилось, и от строительства второго «Квадрата», а также части Окружного строения решено было отказаться, что исказило общий замысел ансамбля. Но и в урезанном виде Воспитательный дом стал лучшим образцом архитектуры раннего классицизма в Москве. Его центральный корпус с мощными ризалитами имел выразительное завершение в виде бельведера со шпилем (по первоначальному замыслу он должен был использоваться в качестве колокольни) и две церковные главы на флангах. Плоский декор Корделожи и «Квадрата» состоял из изящного ленточного руста и вертикальных филенок с накладными досками. Сдержанное убранство фасадов обогащали рельефные модильоны под карнизами. Развитая структура Воспитательного дома со множеством корпусов, садами, цветниками и аллеями прекрасно отражена на его генплане XIX века.

Домовый храм во имя святой великомученицы Екатерины в главном корпусе был освящен московским митрополитом Платоном 23 апреля 1788 года 17. Он занимал большой двусветный зал на 4-5 этажах в западном торце главного корпуса, имевший выход в «Квадрат». Плоский потолок опирался на крещатые в плане столбы. От устройства второго храма в итоге отказались.