Новая обитель была связана со старым Ивановским монастырем лишь по своему местоположению и по посвящениям престолов соборного храма. Введение общежительного устава и особое внимание к социально-благотворительной деятельности предполагали совершенно другие принципы монашеского жития и во многом определили характер нового архитектурного ансамбля. Это касалось прежде всего состава монастырских зданий и их предназначения. Чтобы понять эту взаимосвязь, обратимся еще раз к дневнику игумении Евгении Озеровой, в котором была дана характеристика не только особножительных, но и общежительных монастырей: «Первое условие – нестяжание и отвержение своей воли. Все должно быть общим и одинаковым: одежда, обувь, пища. Таким образом, настоятельница или старшая, войдя в здание, удобно может обозревать порядок и следить за направлением общества сестер. Этому единому для всех общежительных монастырей принципу, Быковский создал единый корпус, предназначавшийся для келий монашествующих, покое в настоятельницы и трапезной. Поскольку именно монашествующие должны были заниматься воспитанием сирот, определенных для монастырской школы, то помещения училища для девочек находились в том же корпусе, что и монашеские кельи. Таким образом, практически вся жизнь монастыря, помимо хозяйственных послушаний и церковных служб, проходила в двух соединенных друг с другом корпусах, под непосредственным присмотром настоятельницы, которая, по словам игумении Евгении, в таком монастыре «есть Мать многочисленной монашеской семьи».

Новое наступление

Новое наступление атеистического государства на Русскую Православную Церковь и верующих во времена Хрущева не миновало и Петропавловский храм. Власти были озабочены происходившими в 1959 году выступлениями некоторых, как говорилось в одном из донесений, «активных» прихожан, которые требовали от священника Г. И. Разумовского «поставить особо чтимые верующими иконы на более вид ное место, а дни их праздников отмечать особо торжественными богослужениями; в престольные праздники совершать торжественные архиерейские богослужения». В советское время в Петропавловском храме служили многие известные пастыри Русской Православной Церкви. Так, в 1980-е годы его настоятелем был московский протоиерей Аркадий Станько, ставший в 1991 году первым настоятелем восстановленного Казанского собора на Красной площади. В 1994 году по указу Патриарха в Петропавловский храм был назначен отец Константин Харитошкин, с 1993 года служивший диаконом в Казанском соборе. Причт церкви в эти годы состоял из трех священников и диакона. Почти два десятилетия старшим иподиаконом и уставщиком здесь служил Николай Владимирович Писарев, сын священника Владимира Писарева – новомученика, прославленного в лике святых на Юбилейном Соборе 2000 года, а алтарником и ризничим долгие годы был математик Сергей Алексеевич Георгиевский – сын известного литургиста, профессора Алексея Ивановича Георгиевского.