В 1741 году в и дворах прихода числилось 178 человек, не считая 30 женщин от 48 до 84 лет, содержавшихся в богадельне. Количество обитателей при каждом дворе зависело от состоятельности их владельцев. Например, подполковник Ростовского драгунского полка Семен Иванович Хрущов проживал с женой, 5 детьми и примерно 40 служителями; вдова Василиса Ивановна Нарбекова – с сыном и 35 служителями, вдова Аграфена Петровна Бухвостова – с детьми и 20 служителями. Меньше дворовых людей было у небогатых князей Елецких 24. Служил в храме в это время 71-летний священник Тихон Матвеев с молодым дьячком Сергеем Ивановым. Причетники вместе со своими семьями, родственниками и приживалками проживали в собственных дворах, недалеко от церкви.В 1748 году здесь вновь приключился пожар, и на самой церкви погорели кровли, которые вскоре были восстановлены силами прихожан 25. О том, насколько при этом пострадали приходские постройки, сведений нет, но известно, что наиболее зажиточные из прихожан постепенно расширяли свои дворы, застраивая их новыми зданиями, в том числе каменными 2б. В 1760 году к северу от церкви, близ домов причта, вместо прежней деревянной была построена каменная женская богадельня 27. Большой участок земли с надворными постройками приобрел у вдовы Никиты Семеновича Кречетникова князь Борис Васильевич Голицын в 1766 году.

Братья Путиловы

Братья Путиловы были не единственными посетителями матери Досифеи. Даже отрывочные данные позволяют судить о том, что к ней часто приходили люди, обремененные различными житейскими невзгодами, с просьбой помолиться о них. В их числе, например, была некая помещица Курманалеева, просившая Досифею помолиться об избавлении ее от бесплодия. «Будут у тебя дети, отвечала ей затворница, хоть не твои родные: ты будешь всю жизнь воспитывать сирот». Как и братьям Путиловым, старица указала ей духовного руководителя – старца Новоспасского монастыря отца Филарета.

По воспоминаниям причетника, к затворнице на короткое время были допущены некие «знатные особы», которые вели с ней беседу на иностранном языке. Однако такие посещения совсем не обязательно были связаны с ее таинственным происхождением. Скорее всего, они свидетельствовали о почитании Досифеи как духовной наставницы не только среди купечества и мещан, но и в образованной аристократической среде. Вместе с тем, как и многие другие подвижники, старица бежала мирской известности, скрываясь от любопытных посетителей и соглядатаев к окошкам ея, задернутым занавесками, иногда любопытство и молва, привлекали народ; но штатный служитель, заступавший место караульного, отгонял любопытных. «Иногда на имя ее присылались к игумении от неизвестных лиц значительные суммы денег, которые она употребляла более на украшение церкви, на пособие бедным и на подаяние бедным», – писал И. М. Снегирев.