Начиная с 1931 года им нередко приходилось встречаться и по очень печальным поводам: они собирали деньги и посылки для тех сестер, которые оказались в ссылках и лагерях. Что касается монастырских священников, то после окончательного закрытия монастыря в апреле 1927 года они, должно быть, также перешли служить в другие, еще не закрывшиеся храмы. Так или иначе, упоминания о них до 1932       года отсутствуют. Часть ивановских монахинь во главе с игуменией Епифанией переселились на монастырский хутор. До революции монастырь посылал хутору деньги, обувь и платье, а взамен получал овощи и молочные продукты. Из 107 десятин хуторской земли 80% было занято лесом. Остальные 20 с лишним десятин были пахотными, причем пять из них отводилось под огороды и рассаду. Имелось 40 голов скота. Земли монастыря были огорожены высоким забором и охранялись вооруженными сторожами с собаками. Вблизи от хутора располагались деревни Заболотье, Виноградово, Гнилуши, Хлебниково, Горки, Лихачево и поселок Лианозово. Проживавшим в них крестьянам монахини предоставляли семена и рассаду, а также лошадей для обработки земли. Хуторскую землю насельницы обрабатывали сами, за исключением покоса, который отдавался крестьянам для отработки долга.

 Часть монастырской ризницы

Хотя часть монастырской ризницы еще до начала этих событий отправили в Вологду, уронобители был нанесен весьма и весьма значительный. Это хорошо заметно при сличении описи монастырского собора 1814 года с более ранними. Так, на храмовом образе св. Иоанна Предтечи здесь упомянуты только «риза и два венца серебреные вызолочены и гривенка жемчужная»° – это все, что осталось от его приклада, сложившегося еще в XVI-XVII веках и известного по описи 1763 года («крест сребреной с мощами, крест рашмовый  крест кипарисной обложен сребром, два креста сребреных маленьких, 3 панагии во именование предтечево. Исчезли приклады и на других местных иконах, хотя сам собор от огня не пострадал.

Как известно, после изгнания французов многие поврежденные и разрушенные церкви, оставшиеся с малым количеством прихожан, были упразднены и приписаны к другим, а некоторые – разобраны из-за невозможности восстановления. Та же участь ожидала и городские монастыри с небольшим штатом, здания которых пришли в ветхость. Ивановский монастырь разбирать не стали, но его, как и Георгиевский девичий, и Крестовоздвиженский мужской, было решено упразднить, а соборную церковь превратить в приходскую.