Аламедами называют многие парки в городах Латинской Америки (от испанского «аламо» — «тополь»). Мехико — не исключение. На месте парка в ацтекские времена был рынок. А дальше на запад, там, где сейчас проходит шумный проспект Реформа, было озеро. Здесь же Теночтитлан заканчивался, натыкаясь на естественную водную преграду. Когда же страну завоевали испанцы, здесь казнили еретиков.

Весь прикол, кстати, в том, что предполагаемых по названию тополей в парке нет. И вообще в XVIII веке парку придали геометрически правильную, прямоугольную форму, поставили фонтаны и все сделали по-европейски. Сегодня все туры в Мексику не мыслимы без посещения столицы и этого парка. Цветники и ухоженные дорожки, фонтаны, киек в мавританском стиле, характерный для Испании и ее колоний, скульптуры стыка XIX и XX веков памятник Бетховену (расстаралась местная немецкая община). По воскресеньям — шум-гам, мороженщики, шарманщики, сапатисты, неформалы, семьянины, влюбленные.

Зелени много, уличный шум надежно скрыт. И только шпиль Латиноамериканской башни напоминает о том, что ты находишься в центре многомиллионного города. Особый шарм парку придают полицейские-«чарро», которые несут службу, передвигаясь на низкорослых лошадях. Прикольные такие чудаки в белых сомбреро, синей униформе, с пистолетами и притороченной к седлу саблей. С туристическим таким привкусом менты, для услады иноземного глаза

Северная сторона парка — авенида Идальго (Avenida Hidalgo) с несколькими сайтами среднего порядка. Это церковь Санта-Веракрус (1526) — стандартное испанское барокко с двумя башнями, музей гравюр ($1,5)— сатирические рисунки Хосе Гуадалупе Посада, музей Франца Майера (Museo Franz Mayer) — антиквариат XVI-XIX веков, собранный немецким эмигрантом в середине XX века. Всего около 10 тысяч экспонатов: мебель, керамика «талавера», золото, серебро, гобелены, часы, фонари, книги.